Неточные совпадения
Мистер Бен после подтвердил слова его и прибавил, что гиен и шакалов водится множество везде в горах, даже поблизости Капштата. Их отравляют стрихнином. «И тигров тоже много, — говорил он, — их еще на прошлой неделе видели здесь в
ущелье. Но здешние тигры мелки, с
большую собаку». Это видно по шкурам, которые продаются в Капштате.
В долине реки Сальной можно наблюдать весьма интересные образования. Вода, стекающая с горы, по узким ложбинам выносит массы песка и щебня. По выходе в долину материал этот складывается в
большие конусы, которые тем
больше, чем длиннее и глубже
ущелье. Вероятно, конусы эти нарастают периодически, во время сильных ливней, потому что только масса быстро двигающейся воды способна переносить столь крупные обломки горной породы.
Теперь
ущелье превратилось в узкую долину, которую местное манзовское население называет Синь-Квандагоу [Син-гуань-да-гоу — пыльная,
большая, голая долина.].
Вечером я подсчитал броды. На протяжении 15 км мы сделали 32 брода, не считая сплошного хода по
ущелью. Ночью небо опять затянуло тучами, а перед рассветом пошел мелкий и частый дождь. Утром мы встали раньше обычного, поели немного, напились чаю и тронулись в путь. Первые 6 км мы шли
больше по воде, чем по суше.
По девственным ветвям прыгает
большая белка-белянка; при корнях серо-пестрый гад ползает, а ниже, меж водомоин и узких
ущелий, в трущобах да в берлогах, да в каменистых пещерах, вырытых либо водой, либо временем, залегает черный и красноватый медведь, порскает лисица, рыщет волк понурый да ходит человек бездомный, которого народ знает под общим именем «куклима четырехсторонней губернии», а сам он себя при дознаньях показывает спокойно и просто «Иваном родства непомнящим».
Нальчик, столицу Кабарды, мы незаметно миновали поздно вечером. Проехали мимо лежащего рядом с Нальчиком
Большого аула, где для местных князей светил огнями и гремел шумом тамаши, и заночевали в отдельной легкой постройке, кунацкой, на широких низких скамьях, обитых коврами. Огня не зажигали и перед рассветом выехали в путь, в страшное
ущелье, которое перед нами зияло.
Вдруг на противоположной стороне, у входа в
ущелье, на выступе горы замелькали цепи. Стройные фигуры юнкеров перебегали, стреляя, от куста к кусту. Двое устанавливали за
большим камнем пулемет.
— Долину, темную, как глубокий осенний вечер, серые камни, обрызганные кровью и обставленные вокруг косматого привидения, которое осветило его
большими нечеловеческими глазами и встретило визгом, стоном и скрежетом. В ушах у егеря затрещало, глаза его помутились, рубашка на нем запрыгала, и он едва-едва не положил тут душонки своей. Только молитве да ногам обязан он своим спасением. С того времени всякий другу и недругу заказывает хоть полуглазом заглядывать в
ущелье.
«Стало, вы одной шайки!» —
больше не мог я выговорить слова, выбежал на перекресток и начал клич кликать: «Верные мои молодцы-сотоварищи, кто хочет со мной рискнуть за добычею далеко, за Ново-озеро, к Божьим дворянам [Так называли новгородцы литовских рыцарей.], того жду я под вечер в «Чертовом
ущелье».
— Ах, наши! А там?… — Пьер показал на другой далекий курган с
большим деревом подле деревни, видневшейся в
ущелье, у которой тоже дымились костры и чернелось что-то.